В поисках «папы». В Год семьи Музей свадеб оказался на улице.

Санкт-Петербургский Курьер, №19, 15 мая 2008
Юлия МАРЧЕНКО

«Это платье эпохи революции, а вот это — видите, какие здесь цветочки и пуговки — годов 1880-х». Перелистывая страницы старенького альбома, Ольга Морозова легко и непринужденно называет век, страну и возможного обладателя свадебных нарядов, запечатленных на фотографиях. Откуда она все это знает? А как иначе, если ты посвятил истории свадебного платья всю жизнь...

Ольга Морозова по профессии — художник-модельер, по совместительству — директор Музея «Петербургская свадьба». Многие годы она искала по антикварным магазинам, знакомым и даже... помойкам — старинные свадебные вещи. Собирая деньги на очередной «бездомный» наряд, она приобретала историю. Открытие музея состоялось в 2003 году в загсе Московского района.

«У нас собраны свадебные платья, костюмы и аксессуары разных эпох и народов, — с гордостью рассказывает модельер. — Представлены подлинные материалы из архивов, отражены интересы новобрачных разных эпох и даже есть свадебный дневник невесты XIX века. Многие экспонаты имеют уникальную маркировку петербургских производителей. Это делает их вдвойне ценными, так как они пережили несколько войн, побывали в эвакуации и вернулись в наш город».

«В России первым заговорил о бракосочетании Петр I, — делится знаниями Ольга Ивановна. — Он же издал указ — не женить дураков. Поэтому дворяне, которые хотели жениться, должны были сдать экзамен по арифметике!

Мода на белое платье в России появилась с 1860 года. Но не все невесты могли носить белый цвет. Если женщина — вдова, то цвет ее платья был сиреневым. На этот же цвет меняли приданое будущей жены, если в семье умирал кто-то из близких.

В период революции возникла мода на красный цвет. Бракосочетание происходило примерно так: на стену вешали портрет Ленина и Маркса, стол накрывали кумачовой скатертью, председатель партячейки поздравлял молодых, а после все дружно запевали “Интернационал”. Правда, эта традиция у нас не прижилась».

Так получилось, что у Ольги Морозовой два музея: один — костюмов, другой — человеческих судеб.

«У меня много историй, связанных с ленинградцами. Вот эта началась в 1941 году. Молодая пара решила пожениться, но дату свадьбы выбрала роковую — 22 июня. Жених ушел на фронт, так и не успев стать мужем. Но платье было сшито: белое, крепдешиновое, в мелкий черный цветочек. Невеста хранила его всю войну, и после нее ждала своего ненаглядного долгих 10 лет. Спустя годы судьба вновь соединила их, и свадьба состоялась».

Но уникальность «Музея Свадьбы, семьи и детства», как его еще называют, не только в том, что он единственный в России, а в том, что люди доверяют ему самое сокровенное — свои воспоминания.

История 90-летней бабушки особенно тронула Ольгу Морозову. Она рассказала, как однажды увидела на помойке чемодан с фотографиями. «Была осень, дул сильный ветер, и фотографии разлетелись по мусору. Я подумала, что с моими воспоминаниями будет то же самое. Поэтому решила отдать все вам». Она подарила музею платье, веточку, которая была у нее на голове в день свадьбы, и свои фотографии. Семейная связь не оборвалась! Но надолго ли? Дело в том, что в 2006 году загс был преобразован и отказался от музея.

«Я написала кипу писем в различные инстанции, а ответ один: "замечательный музей, прекрасная идея", но никакого предложения о помощи. Они только говорят, что я частник, а значит, это — мои проблемы. Но ведь я ничего с этого не имею, просто хочу поделиться с людьми тем, что собирала и хранила всю жизнь. Обидно, что сейчас все экспонаты хранятся у меня дома, а ведь их необходимо реставрировать, иначе они просто погибнут! Я всегда говорю: у музея есть "мама", но нет "папы"! Так что мы ищем "папу"!» — говорит Ольга Морозова.

Возможно, вскоре история с «музеем на улице» разрешится в его пользу. Ведь не зря 2008 год назвали Годом семьи.

Наверх